"Распахнулись новые ворота в Невероятное и Возможное, начался новый день, когда всё может случиться, если ты не имеешь ничего против этого"
(c)Туве Янссон
Johann Sebastian Bach - Harpsichord Concerto No.5 in F Minor
Я одинока в своей единственности. И одиночество - прекрасно.( Read more... )
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif?v=92.2){kind=small}
mahavam at Гастарбайтеры после смерти уходят в райГастарбайтеры чистят снег, убирают двор.
Им, конечно, гораздо радостней по весне.
А вчера они починили большой забор.
И закрасили надпись гадкую на стене.
Гастарбайтеры после смерти уходят в рай.
Моют небо, развозят снег, не поняв маршрут.
Вот он в Африке, скажем, выпал позавчера.
И всю Африку завалило за пять минут.
У небесного дворника дел всегда через край.
Там не надо работать, просто он так привык.
Я так думаю, дворник всегда попадает в рай,
чтобы думать о небе, о тучах, о нас, живых.
Он то выпустит ветер какой-нибудь посвежей,
(даже без разрешенья, а просто, как добрый знак),
а ему всё равно хорошо-хорошо уже,
и он даже забыл, что когда-то было не так.
То начнет выравнивать тучу – она урчит,
(но на самом-то деле, может быть, и поёт),
а она выплывает в город, уже в ночи,
и рыдает о чём-то заоблачном, о своём…
Он с рассветом дороги чистит, я тихо сплю.
Без него на земле невозможно уже никак.
Ну а дворники те, что нынче живут в раю,
улыбаются тихо, качаясь на облаках.
(дворник от галки ким)
Им, конечно, гораздо радостней по весне.
А вчера они починили большой забор.
И закрасили надпись гадкую на стене.
Гастарбайтеры после смерти уходят в рай.
Моют небо, развозят снег, не поняв маршрут.
Вот он в Африке, скажем, выпал позавчера.
И всю Африку завалило за пять минут.
У небесного дворника дел всегда через край.
Там не надо работать, просто он так привык.
Я так думаю, дворник всегда попадает в рай,
чтобы думать о небе, о тучах, о нас, живых.
Он то выпустит ветер какой-нибудь посвежей,
(даже без разрешенья, а просто, как добрый знак),
а ему всё равно хорошо-хорошо уже,
и он даже забыл, что когда-то было не так.
То начнет выравнивать тучу – она урчит,
(но на самом-то деле, может быть, и поёт),
а она выплывает в город, уже в ночи,
и рыдает о чём-то заоблачном, о своём…
Он с рассветом дороги чистит, я тихо сплю.
Без него на земле невозможно уже никак.
Ну а дворники те, что нынче живут в раю,
улыбаются тихо, качаясь на облаках.
(дворник от галки ким)
— Я знаю многих таких.
— Беда в том, что они не могут разыграть эту пьесу в одиночку, —продолжает он. — И тогда прибегают к помощи других актеров.
Здесь произошло нечто подобное. Старик хотел за что-то на ком-то отыграться, кому-то за что-то ото—и выбрал нас. Если бы мы послушались его, вняли его запрету, то испытывали бы сейчас горечь поражения и раскаивались бы. Мы бы стали частицами его убогой жизни и его неудач.
Но его враждебность бросалась в глаза, и потому нам нетрудно было уклониться от нее. Куда хуже, когда люди «вызывают нас на сцену», начиная вести себя как жертвы, жалуясь на то, что жизнь полна несправедливости, прося у других совета, помощи, заступничества.
Он заглянул мне в глаза.
— Берегись, — сказал он. — Ввяжешься в такую игру — проиграешь непременно."
(с)Паоло Коэльо "На берегу Рио-Пьедра села я и заплакала"
И придорожный ясень
Нам машет вслед узорчатым платком,
Пегасик мой, Пегасик,
Скачи вдоль сел и пасек,
Ни сердца не жалея, ни подков.
Ведь с самого рожденья
Мы все в плену движенья,
И встречный ветер голову кружит,
Летим неудержимо
Все мимо, мимо, мимо
Всех тех, кто так покоем дорожит.
Скорей узнать бы, что там,
За дальним поворотом.
Как долог путь, как молодость кратка,
А главное - до цели
Домчаться - неужели
Не хватит нам последнего глотка?
Но что все это значит?
Пространство нас дурачит,
За горизонтом снова горизонт.
И только ивы плачут,
Желая нам удачи.
Ах, неужели вам не повезет?
(с)песня Евгения Бачурина
lapushka1 at postВ юности хочется, чтоб за тебя умирали,
Рвали сердца и рубашки тончайшего шелка.
Хочется звона умелой и доблестной стали...
Ну, а теперь – чтобы жили.
Желательно долго.
Пусть не с тобою, но где-то ходили, дышали,
Пели, смеялись – и утром, вставая с постели
В собственном доме,
В какой-нибудь радостной дали,
Пили бы кофе – и в мирное небо смотрели.
Рвали сердца и рубашки тончайшего шелка.
Хочется звона умелой и доблестной стали...
Ну, а теперь – чтобы жили.
Желательно долго.
Пусть не с тобою, но где-то ходили, дышали,
Пели, смеялись – и утром, вставая с постели
В собственном доме,
В какой-нибудь радостной дали,
Пили бы кофе – и в мирное небо смотрели.
РАДОСТИ!
